Моего брата жестоко избил человек ранее убивший свою мать и своего брата,

Содержание
  1. «Они уже в робах смертников». Сестра осужденных на расстрел братьев – о надежде и праве на убийство
  2. Что случилось. Кратко
  3. 10 января суд вынес братьям приговор: смертная казнь
  4. «Они в робах смертников»
  5. «Мне сказали, что дело на контроле у президента, а это означает только одно: приговор не изменят. Но когда есть хоть маленькая, крохотная надежда…»
  6. «Не хотел, чтобы дети оказались, как мы когда-то, в интернатах»
  7. «Я просто не хотел, чтобы дети оказались, как мы когда-то, в интернатах… Я не думал, что все так закончится»
  8. «Убийцей называют ребенка»
  9. «Старшего сына в школе дети называли „убийцей“»
  10. «Если мы лишаем человека жизни, пусть и не своими руками, получается, мы тоже становимся убийцами»
  11. Смертная казнь в Беларуси
  12. “И мне поставили диагноз – родовой испуг”
  13. “Мама меня жалела больше всех на свете”
  14. “Они не захотели заниматься вместе”
  15. “Он мне пушечку подарил. На день рождения.”
  16. “В этот раз брат бил меня особенно жестоко”
  17. “Это было настоящим кошмаром”
  18. Не сторож я брату моему
  19. Матери-маньячки: 3 жутких истории о жестоких убийствах детей
  20. Тереза Норр, сутенерша и убийца
  21. Светлана Оклей, мать-героиня, убийца и похитительница
  22. История девочки, на глазах у которой отчим убил ее маму
  23. «Я до сих пор не понимаю, почему мама не уходила»
  24. «Она успела только сказать: «Кира, вызови скорую»
  25. «Я пыталась сделать так, чтобы никто не узнал о наших проблемах»
  26. Наталия Преслер, психолог и автор блога:

«Они уже в робах смертников». Сестра осужденных на расстрел братьев – о надежде и праве на убийство

Моего брата жестоко избил человек ранее убивший свою мать и своего брата,

Источник материала: Tut.by

В могилевской тюрьме содержатся приговоренные к расстрелу братья Костевы — 19-летний Станислав и 21-летний Илья. Их осудили за убийство 47-летней соседки — учительницы Натальи Кострицы: они убили женщину и подожгли ее дом. Сестра осужденных Анна рассказала TUT.BY о травле ее семьи в Черикове, вынужденном переезде и о том, что чувствуют сейчас приговоренные к смерти.

Что случилось. Кратко

Рано утром 10 апреля 2019 года в Черикове горел частный дом. Когда пожар потушили, обнаружили тело 47-летней женщины с множественными ножевыми ранениями. Это была хозяйка дома Наталья Кострица, учитель-дефектолог в средней школе № 2 Черикова.

Из дома пропал компьютер, и его обнаружили на чердаке соседнего дома, где жили трое братьев и их сестра — многодетная мать. Двоих братьев, 21-летнего Илью и 19-летнего Станислава Костевых, задержали по подозрению в убийстве, и они сознались, что убийство и поджог — их рук дело.

По версии суда, учительница рассказала соцслужбам, что сестра Костевых не исполняет должным образом свои родительские обязанности — а молодая женщина была в отпуске по уходу за ребенком. Из-за этого семью поставили в СОП.

Поэтому братья разозлились, во время застолья вспомнили о своей неприязни к соседке — и пошли к ней разобраться. Когда женщина впустила молодых людей в дом, они стали избивать ее руками и ногами, а потом взялись за нож.

Молодые люди убили женщину, украли у нее компьютер и продукты, а затем подожгли дом жертвы, чтобы скрыть следы преступления. Нож выбросили в Сож — его позже нашли.

10 января суд вынес братьям приговор: смертная казнь

: spring96.org

Этот случай вспоминал Александр Лукашенко в разговоре с российским журналистом о смертной казни.

— У нас на контроле президента есть общественно значимые дела. Вчера мне докладывал председатель Верховного суда о разбирательстве этих дел. Вот одно из них. Два подонка, иначе их не назовешь — уже и разбои были, и наказывали их, — убили свою учительницу.

За то, что она защитила двоих детишек их сестры. Сестра никакая, асоциальный элемент. А [учительница] защитила их и потребовала изъять из семьи. Они ее резали всю ночь. Они убивали ее всю ночь. Она умоляла, просила, и в конце концов они ее к утру добили.

Каково?

«Они в робах смертников»

Сегодня, 21 января, сестра осужденных Анна и их старший брат, 23-летний Александр, впервые увидели Илью и Станислава после оглашения приговора о смертной казни за убийство учительницы.

По словам Анны, они приехали в тюрьму в Могилеве в 4 утра, долго ждали на улице, пока учреждение откроется, чтобы как можно скорее попасть на свидание. Им выделили по 2 часа беседы с каждым из осужденных.

— Они оба очень подавлены, настроения у них нет никакого. Дети уже опустили руки, — вздыхает Анна и признается, что сразу расплакалась, но потом взяла себя в руки. — Правда, когда мы уходили, то прощались они уже с улыбкой — хоть это радует. Мы даже посмеялись, вспоминали какие-то моменты из детства.

Их подбодрило, что мы приехали, поддержали и не оставили их. Хотя Стас, когда заходил в эту кабинку, очень сильно трясся, сбивался с разговора — видно, что он нервничает и переживает. И только минут через сорок, пока мы говорили, ребенок начал успокаиваться.

У него и руки перестали трястись, и речь внятная стала — а то приходилось переспрашивать.

«Мне сказали, что дело на контроле у президента, а это означает только одно: приговор не изменят. Но когда есть хоть маленькая, крохотная надежда…»

Первое, что поразило Анну, — это робы смертников на братьях. Говорит, это форма черного цвета с кругом на спине и тремя буквами — ИМН, которые расшифровываются как «исключительная мера наказания».

Это выделяет Костевых среди других осужденных, и такая одежда, по словам женщины, серьезно давит на психику ее братьев.

А еще Анна не понимает, почему они обязаны носить приговор на себе в буквальном смысле слова — если подана апелляция и окончательное решение еще не вынесено.

— Я понимаю, что шансов на смягчение приговора мало. Мне сказали, что дело на контроле у президента, а это означает только одно: приговор не изменят. Но когда есть хоть маленькая, крохотная надежда… Нам сказали, что у нас есть минимум полгода.

Второе, что удивило женщину, — это резкое изменение рациона заключенных после приговора. Кормят в тюрьме гораздо хуже, чем в СИЗО, рассказали Анне братья, хотя территориально это одно и то же место.

— Они сильно осунулись, синяки под глазами появились. Просили привезти термобелье, потому что в камерах у них довольно холодно, а они — только в нижнем белье, майках и робах. Все вещи, которые мы передавали до этого, изъяли и отправили на хранение.

После свидания брат с сестрой ездили по просьбе Станислава в областной суд — подавали жалобу: осужденному руководство тюрьмы запретило встречаться со священником. Для Станислава, который, как и Илья, находится в камере-одиночке и ограничен в общении, это тяжело.

— Пока были суд, все эти этапирования, у Стаса украли иконки, которые ему передавала мама, и молитвенники. Он попросил руководство СИЗО, чтобы помогли все это найти и вернуть, но до сих пор ничего.

И в посещении батюшки отказали, хотя во время следствия батюшка приходил 2−3 раза в месяц. Ему, говорит, выговориться некому, постоянно наедине с собой переваривает все то, что случилось. Это тяжело.

«Не хотел, чтобы дети оказались, как мы когда-то, в интернатах»

— Когда ездила на свидание первый раз, меня очень интересовал вопрос, зачем вообще они туда [к учительнице] пошли, зачем все это. Стас сказал тогда: «Я не хочу об этом говорить. Мне больно». Илья сказал мне: «Просто все накопилось».

Анна объясняет: брат имел в виду конфликт с убитой Натальей Кострицей. По словам женщины, с соседкой у семьи не заладилось с самого начала. Когда сестра с братьями только начали жить в этом доме, Анна высадила клубнику для детей, и растения, говорит, поклевали куры Натальи. По словам Анны, с того момента начались конфликты, потому что на замечание соседки учительница не отреагировала.

«Я просто не хотел, чтобы дети оказались, как мы когда-то, в интернатах… Я не думал, что все так закончится»

— Это же неприятно, когда тебя постоянно оскорбляют, унижают. Это длилось 4 года. При любом удобном случае [Наталья Кострица] по-всякому обзывала меня, детей. Просто я с ней не общалась, а когда она говорила что-то неприятное, просто молчала или отвечала ей тем же.

А когда у меня образовалась задолженность 60 рублей за газ и я собиралась ее оплатить, а тут соседка [Наталья] на меня: «кукушка», «детей твоих заберут». Илья сказал: «Я просто не хотел, чтобы дети оказались, как мы когда-то, в интернатах. Может, нужно было пойти на трезвую голову с ней поговорить, но я бы трезвый никогда в жизни на это не решился, так бы и молчал.

Я очень хотел прийти и спросить у нее: „Почему вы к нам так относитесь, с такой ненавистью?“ Я не думал, что все так закончится».

Анна говорит, что не оспаривает вины братьев в убийстве. Она долго не могла этого принять, но доказательства железные: это именно ее родные убили соседку.

— Мы долго не могли поверить, что это они совершили такое серьезное преступление. Ну, может, по мелочи могли что-то сделать — побить кого-то, украсть что-то. Но чтобы такое… — говорят Анна и Александр.

По словам Анны, она хотела извиниться за братьев перед сестрой убитой Натальи, но та грубо ее оборвала.

Старший из братьев рассказывает, что в тот вечер он сидел за столом вместе с Ильей и Стасом. И они предлагали ему пойти с ними вместе «гулять» — Александр отказался:

— Я работаю вахтой в России: 15 дней тут, 15 — там. Я как раз был дома, в эти дни отдыха ходил рыбу ловил. И в тот день тоже. Пришел уставший с рыбалки, мы вместе поели. Илья со Стасом собрались идти гулять, они часто так делали: встречались с друзьями, домой приходили где-то к часу. А в ту ночь не пришли. Если бы мы только поняли, что они задумали…

«Это то, к чему он шел». Что говорят об осужденных на расстрел братьях педагоги и родственники жертвы

«Убийцей называют ребенка»

Александр говорит, что недавно пытался устроиться в Черикове на работу, чтобы быть ближе к сестре и братьям. По его словам, ему отказали «из-за семьи», причем грубо.

Анна говорит, что в Черикове началась травля — ее и детей. По словам женщины, сама она бы это пережила, но это мелочи по сравнению с тем, что старшего сына в школе дети называли «убийцей». А еще во время предварительного расследования дочери в детском саду тоже что-то сказали — она пришла потом домой и спросила, что значит «дядя — убийца».

— Ребенку тяжело все это объяснить. Да я и не хочу пока, а хочу, чтобы после всего этого с детьми поработал психолог. Я считаю, это важно, — говорит Анна.

«Старшего сына в школе дети называли „убийцей“»

Но самым важным она считает избавиться от причины детского беспокойства — травли. Потому семья переехала не то что в другой город — в другую область. Там у нее и Александра живет двоюродный брат по маминой линии, он с семьей и присматривает за малышами сейчас, пока они с братом поехали в Могилев.

— Сын уже несколько дней ходит в новую школу и возвращается оттуда с улыбкой: ему все там нравится, ребенок наконец-то чувствует себя комфортно. В садик мы пока не ходим: нужно перевезти кое-какие документы.

Осужденные Костевы очень интересовались у сестры, как их племянники, четверо детей Анны — им полтора года, 4, 6 и 9 лет. Просили вкладывать их фотографии в письма. Спрашивали, как мама (женщина отбывает наказание в колонии-поселении в Минской области за неуплату алиментов).

Анна надеется, что в следующем месяце ей снова разрешат увидеться с братьями: кроме них, Александра и двоюродного брата в другой области, у семьи никого не осталось — все отвернулись. Женщина также надеется, что Станиславу разрешат хотя бы раз в месяц встречаться со священнослужителем.

«Если мы лишаем человека жизни, пусть и не своими руками, получается, мы тоже становимся убийцами»

Но больше всего ее волнует решение Верховного суда. Апелляцию от имени братьев Анна подала на следующий день после приговора — 11 января. Она надеется, что «вышку» обвиняемым заменят пожизненным сроком.

— Я не могу судить, правильно или неправильно отнимать жизнь у того, кто убил человека. Я говорю сейчас в общем, не имея в виду ситуацию нашей семьи. Я считаю, мы не боги и не имеем права решать, что делать с жизнью — дарить ее или отнимать. Это решается где-то наверху.

Но могу сказать одно: пожизненное наказание в тюрьме, особенно в нашей, хуже смерти. Но у человека хотя бы будет шанс исправиться, очиститься, понять, что он сделал не так. А если мы лишаем человека жизни, пусть и не своими руками, получается, мы тоже становимся убийцами.

Напомним, семья убитой считает приговор справедливым.

«Он [Илья] сожалеет только об одном: что дом не сгорел полностью и тело моей дочери огонь не тронул. Поэтому было видно, что они с ней сделали. Понимаете, она вся синяя была — так они ее били. Там между травмами зернышку негде упасть было», — рассказывала TUT.BY мама Натальи Кострицы.

Смертная казнь в Беларуси

Беларусь остается единственным в Европе и СНГ государством, где применяется смертная казнь. С 1990 года в Беларуси были расстреляны более 400 приговоренных к высшей мере наказания. За все это время был помилован лишь один человек.

В прошлом году был расстрелян 44-летний Александр Жильников, а с ним, вероятно, и 24-летний Вячеслав Сухарко. Оба были осуждены за Минске”>убийство трех человек, в том числе молодой пары в Минске. 17 декабря был приведен в исполнение смертный приговор в отношении Александра Осиповича, убившего двух девушек в Бобруйске.

В 2019 году в Беларуси вынесли еще два, помимо уже казненного Осиповича, смертных приговора. 48-летний Виктор Сергель 25 октября был приговорен к исключительной мере наказания за групповое убийство восьмимесячной девочки в Лунинце. Его подельницу, мать девочки, приговорили к 25 годам лишения свободы.

Приговор не является окончательным и может быть обжалован в Верховном суде. 50-летний Виктор Павлов 30 июля был приговорен к смертной казни за убийство двух сестер 76 и 78 лет в деревне Присушино Витебской области.

Позже Верховный суд рассмотрел апелляцию и оставил в силе смертный приговор убийце двух пенсионерок.

Использование материала в полном объеме запрещено без письменного разрешения редакции TUT.BY. За разрешением обращайтесь на nn@tutby.com

Теги: Минск, Могилев

Источник: https://news.21.by/society/2020/01/21/1964903.html

Убийца спускался по лестнице с мешком, набитым расчленёнными человеческими останками, но в пролёте между вторым и первым этажом его встретила жена убитого. Она рванула мешок на себя (что это, дескать, бесконтрольно утащил деверь из своей квартиры?) – и наружу вывалились окровавленные кисти рук.

Женщина дико закричала и мёртвой хваткой вцепилась в попытавшегося было удариться в бега парня. На помощь ей тут же подоспели двое крепких мужиков, её приятелей, скрутили преступника и вызвали по телефону полицию. Задержанный сразу покаялся в содеянном и подробно рассказал о том, как всё произошло.

В общем, никаких погонь, засад и перестрелок: дело об убийстве с расчленением трупа, происшедшем в южной столице несколько лет назад в ночь с 21 на 22 августа в одной из квартир по улице Шевченко, было раскрыто в считанные часы после того, как преступление свершилось.

И вряд ли стоило бы рассказывать читателям подробности этой кровавой истории, если бы не было в ней одной ужасающей детали: 36-летнего Сергея Белкина (имена и фамилии персонажей изменены) убил его родной младший брат Антон.

Он же и разделал, как заправский мясник, тело своей жертвы, руками, залитыми братниной кровью.

Мне удалось побеседовать с преступником в следственном изоляторе Алмалинского РОВД Алматы буквально на следующий день после убийства.

“И мне поставили диагноз – родовой испуг”

Антон высок ростом, тощ и сутул. Растерянные голубые глаза, жалкий потерянный вид, туфли без шнурков и постоянно поддёргиваемые рукой брюки без ремня (это чтобы не лишил себя жизни в СИЗО). В общем, никак не похож он был на человека, убившего родного брата. А потом хладнокровно расчленившего его труп.

– Мне будет тяжело рассказывать об этом, мне страшно, – сказал Антон. – Мама меня очень тяжело рожала. Ей делали кесарево сечение. И я, говорят, захлебнулся внутриутробными водами. И первый раз заплакал лишь на девятый день.

Мне потом диагноз врачи поставили: родовой испуг. А позже – на учёт взяли в психоневрологический диспансер. Кажется, по шизофрении в стадии дебильности. Я рос очень болезненным. И ходил в специальный детсад. Для умственно отсталых.

А из детсада меня хотели направить в школу для детей с замедленным развитием речи. Но мама не захотела и настояла, чтобы меня послали в специальный интернат для умственно отсталых детей. Тот, что на Каблукова. В восемь лет в нулевой класс. Я, конечно, им всем дома надоел.

– В детском саду и интернате как к вам относились воспитатели и учителя? Не обижали, не били?

– Нет, что вы.

– Лучше, чем домашние, относились?

– Нет. Ко мне все одинаково относились.

– Одинаково плохо?

– Нет, одинаково хорошо.

– А старший брат?

– Тоже хорошо. Он меня не бил и не трогал. Пока мама и папа были живы. Я ведь после того как закончил шесть классов специнтерната, что равно четырём классам нормальной школы, домой вернулся. Там специалисты какие-то посчитали, что меня учить дальше нет никакого смысла. И мама меня забрала назад.

– А в интернате была учительница, которая вам запомнилась? Которая нравилась.

– Да, Ирина Михайловна. По математике.

– Это был ваш любимый предмет? Он вам лучше всего давался?

– Да нет. Тяжело давался. Просто она ко мне хорошо относилась.

https://www.youtube.com/watch?v=x68nvR6m7ew

Антон тяжело вздохнул и продолжил:

– А потом я переболел тяжелым гриппом и получил осложнение на бронхи. Бронхит затем перешел в астму. Мне инвалидность дали. Вторую группу. А после мой брат женился.

Его жена Зина и тёща меня сразу возненавидели за что-то. Но жить всё равно можно было. Пока папа и мама не померли. Папа умер в 2005 году. А мама в 2008-м.

Уже когда папа умер, у меня испортились отношения с братом. А когда мама умерла, и вовсе худо стало.

“Мама меня жалела больше всех на свете”

– Мама меня очень жалела. Больше всех на свете. Она говорила: “Вот, сынуля, умру я – кто о тебе позаботится? Как ты жить будешь?” Она умерла и оставила завещание, в котором мне отписала свою квартирку однокомнатную. Ещё девичью.

Которую она специально не продавала, чтобы мне оставить, если умрёт. На похоронах её мы с братом Сергеем очень сильно поссорились. Он кричал, что мать сдурела, оставив квартиру дебилу, которому место в психушке. И требовал от меня отказного письма.

Что, мол, отказываюсь от наследства. Я, конечно, не согласился. Тогда они все стали на меня кричать и угрожать. Жена его и тёща. А потом забрали у меня все документы на квартиру. Они-то знали, что я не смогу сам переоформить её на себя. Но боялись: вдруг кто мне поможет.

Только они зря боялись. Мне никто никогда не помогал.

Потом они и с соседями моими сговорились. И стали все вместе терроризировать меня. Чтобы я отказался от маминой квартиры и согласился пойти жить в психушку. А я не хотел.

Брат приходил ко мне раз-два в месяц. Уговаривать. И заодно проверять: плачу ли я квартплату. Я всегда старался платить вовремя. Но пенсия у меня совсем маленькая. Да ещё пособие 1200 тенге. А за квартиру надо каждый месяц платить. А ещё и кушать что-то необходимо.

Да одеваться-обуваться. Так что у меня не всегда получалось. И брат иногда платил за меня квартплату. Но это бывало очень редко. И всё хотел у меня что-нибудь забрать. В качестве компенсации за ущерб, причиняемый мною. Вплоть до телевизора. Но я не отдавал. И он за это меня бил.

Просто избивал.

“Они не захотели заниматься вместе”

– А потом он решил отобрать у меня гантели. По шесть килограммов. Которые у меня от родителей остались. Брат же у меня вон какой здоровый и сильный. А я хилый. И всегда мечтал быть таким, как он. Вот и занимался. У меня ведь свободного времени много. Но брат сказал, что ему и его семье гантели нужнее. А в психушку, мол, тебя и без бицепсов охотно возьмут. И без гантелей.

Но я-то ведь знал, что он запросто может купить себе гантели. У него деньги есть. И дом. И машина. А у меня – ничего. И сказал ему об этом. А он стал меня бить. Тогда я вызвал милицию. Чтобы они меня защитили.

А милиция приехала, посмотрела. И вместе с братом надо мной стали смеяться. Чего, дескать, шум поднимаешь из-за каких-то железок. И велели больше не звонить.

А то это будет ложный вызов, и у меня будут из-за этого неприятности.

Я тогда брату предложил: давай, мол, вместе заниматься. Ты и я. По очереди. Я, например, утром. А ты – вечером. И для семьи твоей время выделим. А он опять надо мной посмеялся и избил меня. Гантели забрал и дал вместо них 500 тенге. А я знаю, что такие в магазине стоят несколько тысяч.

“Он мне пушечку подарил. На день рождения.”

– Господи, да что ж у вас об убиенном вами брате никаких даже воспоминаний добрых нет? Ну вспомните что-нибудь такое, хорошее. Что запомнилось вам как-то особенно. Ну, может, он вас как-нибудь на речку с собой брал. Или в детский сад водил, а по дороге мороженого купил. Или, может, сказки читал… Либо заступился за вас когда-нибудь и поколотил обидчика…

Антон думал долго и напряжённо, тихо бормоча про себя: “…вообще-то он ко мне хорошо относился раньше, пока папа с мамой не умерли. Не бил, не обижал”

И наконец лицо его просияло. Эврика!

– Когда мне было лет десять, Сергей подарил мне на день рождения пушечку. Из неё можно было горошинами стрелять.

Тут наш разговор на несколько минут прервали. Симпатичная девушка в форме взялась снимать у Антона Белкина дактилоскопические отпечатки.

Пока братоубийца, сосредоточенно хмуря лоб, с помощью криминалиста “играл на рояле” – старательно прижимал вымазанные чёрной краской пальцы к листу бумаги – опер Вадим Стрельцов, задерживавший этого странного преступника, тихо сказал мне: “Когда мы этого парнишку привезли на экспертизу, там обнаружили у него на теле множество синяков. Похоже, покойный старший братец и впрямь поколачивал младшего”.

Дактилоскопирование завершилось, и мы продолжили беседу.

“В этот раз брат бил меня особенно жестоко”

– До этой последней ночи брат был у меня с месяц назад. И опять избил. Он требовал от меня квитанции по квартплате, а я ему их не показывал. У меня там долг небольшой накопился. И я боялся, что если он узнает об этом, то забьёт меня до смерти. Или выгонит из квартиры и насильно отправит в психушку.

В этот раз он пришел после часа ночи. Я уже засыпал. А он прямо с порога начал: я, говорит, с женой поругался. Ухожу от неё. Теперь у меня ни дома, ни машины нет. Так что квартиру тебе освобождать придётся. Я теперь жить здесь буду. Покажи-ка квитанции по квартплате. Он поднял меня из постели.

Я понял, что если брат узнает про долг, он меня опять будет бить. И поэтому я соврал: сказал, что заплатил всё, но квитанции потерял. Но он всё равно стал меня избивать. Сначала Сергей толкнул меня в плечо, и я упал со стула. Он подошёл, схватил меня за шкирку и стал поднимать. Я вырвался и убежал в коридор. Он догнал меня, схватил и стал бить. По спине и по почкам.

Я опять вырвался и выскочил на лестничную площадку… Туда он за мной не погнался. Не хотел, чтобы соседи видели, как он меня бьёт. Я выбежал на улицу, немного постоял у подъезда и подумал: может быть, брат уже успокоился.

И вернулся домой. Но он не успокоился. А ещё сильней разозлился… А милицию я вызывать не стал. Из-за запрета. Они ведь мне сказали, что это будет ложный вызов. Я знал, что никто в целом мире меня не защитит.

Я должен надеяться только на себя…

Антон сделал паузу. Было видно, что эти воспоминания даются ему с большим трудом. Он дышал тяжело, со свистом. Он задыхался.

– Вам страшно, – сказал я, – может быть, не надо рассказывать дальше?

Но Антон мотнул головой:

– Нет, я хочу рассказать всё… Брат сразу напал на меня. Стал бить в солнечное сплетение. Хорошо, что в коридорчике было тесно, и он не мог как следует размахнуться. Потом стал наносить удары ногами в пах и в живот. В этот раз он бил меня особенно жестоко. Наверное, хотел убить.

Я убежал от него в комнату, но от спазмов в животе упал в кресло. Он потянулся ко мне через журнальный столик, он хотел продолжать… И тут я почувствовал какую-то ярость. Прямо бешенство… На столике лежал мой чемоданчик с инструментом: молоток там, топорик, пила, дрель.

Я схватил что попалось под руку… Это был топорик… И я наотмашь ударил брата в левый висок…

“Это было настоящим кошмаром”

– …Но он устоял. Не упал. Тогда я ударил его снова. Теперь в правый висок…

– Может быть, хватит? – вновь попытался я остановить исповедь братоубийцы. Но он опять упрямо помотал головой.

– Тогда я стал бить его ещё и ещё, – заикаясь и задыхаясь, бормотал Антон, – хорошо помню, что по затылку. Но он принялся защищаться. Я побежал на кухню, схватил там кухонный нож, прибежал назад и полоснул его по горлу.

Кровь пошла, но не сильно. И я стал его душить. Он упал, но продолжал сопротивляться. Повернулся на живот. Тогда я зажал его горло в локтевом сгибе и стал давить. Я держал его так долго. Может быть, минут тридцать.

Пока он не обмяк и не перестал дышать.

Фото с сайта theodysseyonline.com

Я хотел позвонить в полицию. Но не стал, опасаясь запрета. Ну, что это будет ложный вызов.

Решил его вынести. Но всего целиком не смог бы. Это я сразу понял. Тогда я взял кухонный нож и пилу. Типа лобзика, которым металл пилят, и стал его разделять. Сначала отрезал левую стопу и правое колено… Потом…

– Хватит! – взмолился я. – Достаточно!

Но братоубийца меланхолично качал головой:

– Нет, я расскажу всё. Потом я отделил бедро… Затем отрезал голову… отпилил… потом… отрезал… отпилил… Работал то ножом, то пилой…

Под горячечное бормотание Антона Белкина я, похоже, на какое-то время впал в прострацию. И всё, что он говорил дальше, ехало мимо моих ушей и сердца.

Не сторож я брату моему

– Это был настоящий кошмар! – вдруг взвизгнул мой собеседник на высокой ноте, выдернув меня из спасительных сумерек лёгкого полуобморока. – Меня беспрерывно рвало… А тут ещё начали звонить. Жена его. Какие-то друзья. А уже было утро. И спрашивали про него. А я испугался, что они сейчас придут и будут меня бить. И сказал, что не знаю, где он. Что он ушёл от меня в два часа ночи…

Мне казалось, что этот кошмар не окончится никогда. И вдруг Антон замолчал. А потом прорыдал:

– Напишите, что я не хотел убивать брата! И еще напишите, что если бы я не убил его, то он бы убил меня…

Источник: https://informburo.kz/stati/v-etot-raz-brat-bil-menya-osobenno-zhestoko-i-ya-ubil-ego.html

Матери-маньячки: 3 жутких истории о жестоких убийствах детей

Моего брата жестоко избил человек ранее убивший свою мать и своего брата,

В 1989 году Андреа Кеннеди познакомилась с Расселом Йетсом, а спустя 5 лет пара поженилась. Андреа и Рассел сразу решили, что в их семье должно быть много детей. В первый же год после свадьбы на свет появился первенец — Ноа, вслед за ним в 1995 году — Джон, а в 1997 году родился третий сын — Пол.

При этом уже после рождения Ноа у Андреа началась послеродовая депрессия. Молодой матери прописали успокоительное. В то время подобное состояние считалось совершенно нормальным для молодых матерей, и никто не усмотрел в этом случае ничего опасного, поэтому Андреа родила еще троих детей.

После рождения Люка (1999) депрессивное состояние женщины усугубилось, и ей прописали антидепрессанты и антипсихотические препараты. Но они не помогли, и Андреа попыталась покончить с собой. Врачам удалось спасти женщину, и, как казалось, победить ее болезнь.

После курса лечения психическое состояние Андреа ни у кого не вызывало опасений: она чувствовала себя прекрасно и через год после попытки суицида, в 2000 году, родила свою единственную дочь — Мэри. А спустя год скончался отец Андреа, и это печальное событие стало для женщины настоящим ударом. Болезнь вернулась.

Очередной эпизод депрессии был настолько тяжелым, что Рассел, муж Андреа, не верил, что жене удастся выкарабкаться. К сожалению, он был прав. 20 июня 2001 года, проводив Рассела на работу, Андреа набрала полную ванну воды и утопила в ней своих детей, одного

за другим. Тела детей она заворачивала в полотенце и клала на кровать. Андреа убила Люка, Джона, Пола и Мэри. Последней жертвой стал семилетний Ноа, который успел понять,что происходит, и попытался сбежать от матери. После этого Андреа позвонила в полицию,а затем — мужу.

https://www.youtube.com/watch?v=3KSFoeeGoFs

Общество требовало самого жесткого наказания для детоубийцы, но муж Андреа настаивал на том, что во всем виновата болезнь.

В 2002 году женщину осудили за тяжкое убийство и приговорили к пожизненному заключению с возможностью условно-досрочного освобождения через 40 лет, но приговор позднее отменили на апелляции.

Андреа была признана невиновной по причине невменяемости и переведена в психиатрическую клинику. После этого случая молодые матери в США стали проходить тест на вменяемость.

Тереза Норр, сутенерша и убийца

В 1961 году пятнадцатилетняя Тереза Кросс осиротела: ее мать умерла от сердечного приступа, и Тереза впала в депрессию. Всего через год девушка поспешила выйти замуж — вероятно, ей слишком тяжело было быть одной. В 1963 году у юной Терезы и ее мужа Клиффа Сандерса родился сын Говард Клайд.

Но семейная жизнь не сложилась: по никому не известной причине Тереза застрелила мужа спустя год после рождения ребенка. На суде она представила произошедшее как самооборону и была полностью оправдана.

А еще через год Тереза вновь вышла замуж за Роберта Норра и родила пятерых детей: Шейлу(1965), Сьюзан (1966), Уильяма (1967), Роберта (1967) и Терезу Мэри, которую в семье звали«Терри» (1970). После рождения детей Тереза развелась с Робертом.

Впоследствии Терри рассказывала, что ее мать была крайне жестоким человеком: она ненавидела своих дочерей и издевалась над ними, завидуя их молодости и красоте. Терри рассказала, что мать регулярно наказывала ее и Сьюзан, тушила об их тела сигареты

и порола без повода. В 1983 году Тереза попыталась застрелить Сьюзан, но девушка выжила — пуля застряла у нее в груди. Норр не вызвала дочери врача, а год спустя сама попыталась удалить пулю из тела дочери.

Из-за того, что инструменты не были стерильными, Сьюзан заболела желтухой, а вскоре начала проявлять признаки психического расстройства. Тереза Норр собрала детей и объявила им, что Сьюзан одержима сатаной и единственный способ избавиться от опасность — это сжечь ее заживо.

Норр заставила своих сыновей увести Сьюзан в горы и сделать это.

Затем настал черед старшей дочери — Шейлы. Мать заставляла ее заниматься проституцией, а в 1985 году вдруг заявила, что Шейла подхватила от клиента «нехорошую болезнь» и заразила свою мать через сиденье унитаза. В наказание Тереза заперла Шейлу в комнате и больше никогда не выпускала. Через несколько недель девушка умерла от голода.

Норр и её сыновья были арестованы 11 октября 1993 года. Терри увидела по телевизору сериал «Их разыскивает Америка», в котором рассказывалось о преступлениях и лицах,их совершивших. Девушка позвонила в полицию и рассказала обо всем, что происходило в их семье.

Норр обвинили в убийствах с применением пыток. Сначала Тереза отрицала свою вину,но после того, как узнала, что сыновья готовы свидетельствовать против нее, дала признательные показания. 17 октября 1995 года Терезу Норр приговорили к двум пожизненным заключениям.

Светлана Оклей, мать-героиня, убийца и похитительница

Матерью-героиней из города Краснодон Луганской области гордился весь Шахтерский район. Светлана и ее муж Александр воспитывали шестерых дочек и одного сына, при этом все дети в этой многодетной семье были талантливыми и одаренными: дети хорошо учились и регулярно становились лауреатами разнообразных районных и городских конкурсов.

Александр работал шахтером, Светлана писала детские сказки, песни и создала детский семейный ансамбль «Оклей», который принимал участие во всех крупных мероприятиях Краснодонского района. Старшей дочери пары было уже 22 года, но она сохраняла близкие отношения с родителями. Идеальная семья.

В 2007 году специальным указом президента Виктора Ющенко Светлана Оклей была награждена званием «Мать-героиня».

В 2010 году образцовая семья решила усыновить пятилетнего воспитанника детского дома Илью. Но оказалось, что у Ильи есть две сестры — четырехлетняя Лиза и двухлетняя Катя. Закон запрещает разлучать братьев и сестер, поэтому Светлана Оклей решила стать матерью всем троим. А через 2 года, в 2012 году, Светлана родила своего 11 ребенка.

Семья продолжала жить насыщенной общественной жизнью: Илья присоединился

к семейному ансамблю и выступал на мероприятиях, но вот его маленьких сестричек никто никогда не видел. Впоследствии выяснилось, что о них ничего не знали даже в районной поликлинике.

В августе 2012 года в отделение милиции позвонила жительница поселка Семейкино Краснодонского района и сообщила, что неизвестные похитили ее трехлетнюю дочь Кристину Кабакову. Девочка гуляла во дворе со своим шестилетним братом. В какой-то момент к ним подъехали неизвестные люди: мужчина, женщина и девушка.

Они схватили Кристину, бросили в коляску мотоцикла и увезли в неизвестном направлении. Со слов мальчика составили фоторобот похитителей, милиции удалось разыскать похищенную девочку. Кристину нашли на даче семьи Оклей. Девочку прятали под кроватью, завалив грудой тряпок.

Светлана Оклей заявила, что эта девочка — вовсе не Кристина Кабакова

а ее приемная дочь Лиза.

Родителям Кристины, которые вскоре приехали, Оклей сказала, что якобы кто-то еще зимой похитил ее приемных дочерей Катю и Лизу, и поэтому она решила отомстить и похитить чужого ребенка.

В этот момент приемный сын семьи Оклей Илья подошел к одному из милиционеров и прошептал: «Заберите меня отсюда, иначе они меня убьют». Все тело мальчика было покрыто синяками и шрамами.

Светлану Оклей, ее старшую дочь Юлию и мужа Александра, который прятался на чердаке, немедленно арестовали.

тец и дочь дали признательные показания. Как выяснилось, Светлана похитила Кристину Кабакову для того, чтобы выдать ее за одну из своих приемных дочерей. И Катю, и Лизу Светлана забила до смерти.

По словам старшей дочери Светланы Оклей Юлии, дети стояли в углу целыми днями. Им было запрещено шевелиться, в противном случае Светлана била их руками по голове,ногами по спине и всему телу. У Кати на голове постоянно была шишка от ударов о чугунную батарею.

«Еще мама пробила ей нижнюю челюсть насквозь, и когда я ее кормила, у нее снизу подбородка вытекала еда — там была сквозная дырка через рот», — рассказывала Юлия. Светлана Оклей забила Лизу до смерти, а потом приказала Юлии и своему мужу Александру избавиться от тела.

Отец и дочь положили Лизу в сумку и увезли в свой сельский дом, который стали использовать как дачу после того, как власти подарили семье квартиру. Там они сожгли тело девочки в железном чане.

После убийства Лизы Светлана ненадолго успокоилась и перестала избивать Катю и Илью.

Но через 9 месяцев, уже на последних сроках беременности последним ребенком, Светлана убила Катю. Тело девочки закопали на той же даче.

11 декабря 2012 года над супругами Оклей и их дочерью Юлией начался суд. Юлия и Александр полностью признали свою вину и подтвердили, что Светлана долго пытала,а затем убила приемных дочерей. Сама же подсудимая отрицала свою вину: она уверяла,что дело против нее сфабриковано. Адвокат Светланы Оклей не выдержал и прямо на суде заявил, что его подзащитная — монстр.

Светлана Оклей была приговорена к 15 годам лишения свободы, её муж Александр — к 4 годам лишения свободы, а старшая дочь Юлия — к 4 годам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на 3 года в связи с тем, что в момент суда она была беременна.

В марте 2013 года Светлана Оклей подала апелляцию на решение суда.

Апелляционный суд Луганской области не нашел оснований для изменения приговора.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5c855bdab62dd000b498f23e/materimaniachki-3-jutkih-istorii-o-jestokih-ubiistvah-detei-5cf3c913ddc81b00afb21285

История девочки, на глазах у которой отчим убил ее маму

Моего брата жестоко избил человек ранее убивший свою мать и своего брата,

В июле 2019 года правозащитники запустили флешмоб #ЯНеХотелаУмирать в поддержку закона против домашнего насилия, который спасает жизни людей в 127 странах мира, но до сих пор не принят в России и Беларуси.

  Очень часто тяжелые преступления совершается в семье, и страдают чаще всего самые слабые и незащищенные члены семьи – женщины, дети, инвалиды и пожилые люди. Чтобы показать проблему изнутри, писательница Наталья Ремиш рассказала Mel.

fm историю своей племянницы Киры, на глазах которой убили ее мать.
 

«Я до сих пор не понимаю, почему мама не уходила»

Мне было 16 лет, когда это случилось. И первая мысль, которая у меня проскользнула: «Наконец-то все закончилось». Потом я себя корила за нее очень долго.

На протяжении семи лет я видела, как отчим избивал маму. У нее часто были синяки, она защищалась. Все друзья мамы прекратили общение с ней.

Всем друзьям-мужчинам было в жесткой форме сказано, что можно забыть о существовании нашей семьи. Отчим сильно ревновал. Доходило даже до драк с друзьями. Я видела очень много крови. У нас была достаточно большая собака — мастиф.

Во время очередной разборки отчима с мамой он начал защищать ее. Отчим взял нож и порезал собаку.

Я тоже брала в руки нож и пыталась защитить маму. Были моменты, когда я его бросала. Однажды нож воткнулся отчиму в руку. На всех стенах у нас были отпечатки от посуды и бутылок, потому что они частенько летали по квартире. Я несколько раз уходила из дома, но никому об этом не говорила, ни бабушке, ни папе. Я не хотела, чтобы они узнали о проблемах в семье.

Со временем я начала бояться отчима: он очень злился на меня, но никогда не трогал. Хотя я его часто выводила из себя, кричала, обзывала. Я пыталась ему сказать, чтобы он оставил нас в покое.
 

Я до сих пор не понимаю, почему мама не уходила. Мы даже переехали в другую квартиру и решили жить с ней вдвоем. Она говорила, что это любовь и ей жалко отчима. Мама была очень сильная и всегда пользовалась популярностью, ее все любили.

Отчим пил, у него было что-то типа белой горячки. В периоды трезвости он был хорошим человеком. Ни маме, ни мне в эти моменты ничего плохого не желал, помогал и был совершенно нормальным.

Но случались частые срывы, которые приводили к дракам, насилию, ревности. Когда он выходил из запоя, то пытался всеми способами помириться, становился шелковым, обещал, что больше такого не повторится.

Мама в это верила, хотя за семь лет можно было понять, что это неправда.

«Она успела только сказать: «Кира, вызови скорую»

В тот день, когда все случилось, он пришел к нам домой. Мы уже жили в отдельной квартире. Мама его сначала не пускала, он начал стучать в окно, ломиться в дверь, шуметь. Маме стало его жалко, хотя в такой ситуации было бы правильнее вызвать полицию. Она его пустила, они начали ругаться в спальне, тогда она пришла ко мне в комнату.

Я знала, что такие ссоры могут привести к дракам, поэтому заранее все ножи спрятала в своей комнате. Отчим навалился на маму, начал душить ее на моей кровати — это было страшно. Я достала нож, сунула маме в руку, она попыталась как-то защититься, но он выхватил нож и воткнул его маме в район сердца дважды. Она успела только сказать: «Кира, вызови скорую». И сразу же глаза у нее закрылись.

Я стояла позади него. В состоянии аффекта взяла другой нож и ударила его дважды в лопатку. Но так как там была кость, порез получился неглубокий. Отчим развернулся, отобрал у меня нож. Руки были порезаны, но больше он ничего со мной не сделал.

Я не помню, как я вызвала скорую, как они приехали, но уже в дверном проеме они сказали, что мама умерла.

«Я пыталась сделать так, чтобы никто не узнал о наших проблемах»

Мои воспоминания о маме скорее идеализированы. В памяти сохранились только хорошие моменты. Я практически не помню конфликтов с ней, сложностей в общении или чего-то плохого. Она осталась для меня идеальной картинкой.

Когда несколько лет назад мне подарили флешку со старыми записями, где мне 8-10 лет, я увидела, как мама себя ведет, как разговаривает, что говорит, как танцует, общается. Я увидела, что она совсем другая, не такая, какой я ее представляла. Но я хотела сохранить в памяти мамин образ с ее лучшими качествами, на который я хотела быть похожей.
 

Наверное, главная моя ошибка была в том, что я пыталась скрыть наши семейные проблемы от папы, от бабушки, от родственников, от семьи. Я пыталась сделать так, чтобы никто о них не узнал. Я думала, что это внутрисемейное дело, такое, что не должно выходить наружу.

Возможно, если бы я начала рассказывать, с кем-то делиться, искать поддержку, можно было бы этого всего избежать. Поэтому, наверное, не нужно в себе держать такие проблемы, нужно с кем-то разговаривать. Взрослый человек в любом случае поможет и что-то предпримет.

Я и сейчас не очень люблю показывать свои чувства и эмоции. Многим людям трудно считывать, как я отношусь к ситуации, что я чувствую, грустная я или это мое обычное состояние. Такие отзывы я слышу и от близких подруг, которые знают меня много лет. Говорят, что меня не понять. Но я работаю над этим.

Наталия Преслер, психолог и автор блога:

История написана от лица девочки, которая обвиняет себя в том, что держала все в секрете. Но даже то, что она просто была свидетелем, значит, что она терпела эмоциональное насилие. Наблюдение за тем, как причиняют боль близким, иногда бывает по накалу даже более сильным, чем физическое насилие по отношению к самому человеку.

Ребенок и так зависим от взрослых, а тут видит, что на его глазах избивают мать/брата/сестру/домашних животных. И он не в состоянии ничего сделать. Это порождает чувство крайней беспомощности, которое глубоко впечатывается в психику.

В будущем оно же провоцирует ощущение себя совершенно бесполезным, никчемным, ни на что не способным. Оно убивает всякую волю. Человек не может говорить, что происходит, не чувствует, что может что-то изменить.

Психологически девочка травмирована в этих отношениях точно так же, как и ее мать.

Физическое насилие — это цикл. Оно идет по одному и тому же сценарию. Жертва провоцирует агрессора или не провоцирует, но происходит некое нарастание напряжения, и в конце концов оно нуждается в разрядке. Она выливается в избиение, запугивание, угрозы, крики, сексуальное насилие — это может выражаться по-разному.

После разрядки наступает «медовый месяц». Насильник просит прощения, он может умолять на коленях, может менее эмоционально просить прощения — в каждой паре по-разному

В момент, когда все хорошо, кажется, что насилие — это что-то временное и случайное. Жертва верит, что насильник способен исправиться, что этого больше не повторится. Однако медовый месяц заканчивается, у агрессора снова нарастает напряжение, и снова происходит выплеск с очередным актом насилия.

Очень легко сказать, что жертва сама виновата и что она чуть ли не хочет быть избиваемой. Часто это выглядит так со стороны, потому что у женщины есть возможность куда-то уйти.

Финансово менее благополучная ситуация или временные сложности вроде бы кажутся не такими страшными на фоне того, что уже происходит в семье. Но у женщины на это другой взгляд.

Почему? Возможно, оказываясь в отношениях с насилием, она отыгрывает какую-то предыдущую ситуацию в своей жизни.

У некоторых людей еще в детстве формируется расщепление на надеющееся «я» и «я» травмированное, и каждое из них выступает в отношениях в определённый момент.

Например, у девочки была слишком жестокая или отвергающая мать, с которой у неё не сложилось крепкой привязанности.

Тогда ребёнок постоянно переживает, что с матерью что-то случится, что она не даст ему достаточно любви или тепла, что отношения с ней очень нестабильны. Он постоянно стремится эти отношения укрепить.

Он начинает ловить мелкие знаки внимания, настроение, пытается подстроиться под мать, каким-то образом ей угодить. В этот момент, если она даёт ему тепло и принятие, его психика расцветает. Он впитывает эти крохи тепла, как сухая почва дождь.

Или у ребёнка был агрессивный или выпивающий отец, который никогда с ним не разговаривал, не обращал на него никакого внимания. Однажды он пришёл в хорошем настроении, не выпивший, и сказал сыну или дочери что-то приятное.

Ребенок очень благодарен, и в этот момент его надеющееся «я» расцветает. В другие моменты он чувствует напряжение, нехватку эмоционально тепла, даже угрозу себе. Просыпается другая его личность — раненое «я», травмированное.

Если в детстве человек пережил отношения, которые способствовали расщеплению его психики на раненое «я» и надеющееся «я», то в будущем он снова начинает проигрывать эту ситуацию. Но уже в отношениях с партнером.

Пережитое в детстве насилие, даже психологическое, способствует снижению самооценки, порождает отсутствие веры в себя и свои силы, зависимость от партнёра. Человек постоянно ищет хотя бы крохи эмоционального тепла.

Ему вполне достаточно того минимума в период «медового месяца», который даёт агрессор.

У него включается надеющееся «я», и он верит, что так будет и дальше. Он как бы регрессирует и становится тем ребёнком, который надеется, что отец будет к нему добр или мать даст ему своё тепло. Психика будто пытается повторить ситуацию из детства и её переиграть. Но парадокс в том, что переигрывание происходит с партнёром, готовым к агрессии или не способным дать это тепло.

Источник: mel.fm

Быстрая связь с редакцией editor@rebenok.by
Еще больше полезных советов для родителей в нашем Инстаграме. Присоединяйтесь!

Источник: https://rebenok.by/articles/together/nasilie/26940-ya-tozhe-brala-v-ruki-nozh-i-pytalas-zashchitit-mamu.html

О финансах
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: